Альтернатива

Минские соглашения – это пространство для дипломатического манёвра, это боевые действия без войны, это попытка выиграть пространство и время, не применяя вооружённые силы. Причём с учётом того, что в интересах России этот конфликт на определённое время маргинализировать для того, чтобы не связывать там огромные ресурсы. У России ресурсы не резиновые, в случае увязания на Украине она не сможет эффективно противостоять США в других точках планеты, в той же Сирии. Но в Сирии решается судьба мира, а на Украине решается судьба Донбасса. Поэтому этот конфликт можно подморозить на какое-то время. Тот, кто победит в Сирии, победит и на Украине. Вот и всё.

В истории были единичные государства, пережившие крах идеи, но ни одна связанная с провалившейся идеей элита её не пережила. Американская элита не желает отправляться на политическую помойку. Поэтому она продолжает безнадёжную борьбу, пытаясь второй раз на тактическом уровне выиграть проигранную уже не только стратегически, но и один раз тактически войну…

Запад знает, что Россия богатая, сильная, что она выигрывала все войны, даже те, в которых поначалу проигрывала, даже если от первых сокрушительных поражений до первой победы должно было пройти 150 лет, а до окончательной 250, всё равно Россия побеждала, возрождаясь как Феникс из пепла и оставаясь всё той же Россией. Итак, знают о силе, знают о непобедимости, знают о богатстве, позволяющем пережить их всех в полнейшей изоляции, но всё равно с упорством мотыльков, летящих на свечу, бьются об Россию, разбиваются и снова бьются…

Украинские элитарии никогда не являлись политиками. Они никогда не заботились о государстве и в принципе не понимали, зачем государство им надо. С их точки зрения, государство – забор вокруг территории, на ограбление которой они обладают эксклюзивным правом. Искусство же внешней политики заключается в том, чтобы добиться от окружающих стран бесплатной ресурсной поддержки. Поступающие из-за рубежа финансовые и экономические ресурсы можно разворовывать сразу. Политический ресурс необходимо конвертировать в деньги и также разворовать. Вот и всё нехитрое искусство управления Украиной, практикуемое её элитой.

Результаты международных акций украинских лидеров лучше всего оценивать не по их заявлениям для прессы (голь на выдумку хитра и врут они вдохновенно), и даже не по формулировкам их партнёров по переговорам (протокол и правила хорошего тона не позволяют публично сетовать на потерянное в беседе с неадекватами время и требуют сказать о собеседнике хоть пару добрых слов), а по реакции на Украине. Под реакцией мы подразумеваем конкретные действия политических союзников и оппонентов, а также заказные программные статьи в ведущих СМИ

Переворот произошёл. Немногочисленные реальные (а не декларативные) пророссийские силы на Украине объявлены вне закона и находятся в могиле, в подполье, в тюрьме или в эмиграции. В Донбассе началась карательная военная операция против недостаточно проевропейски настроенных жителей, моментально перешедшая в формат гражданской войны. Всё это вместе объявлено российской агрессией. За год, к февралю 2015-го, украинская армия потерпела два катастрофических поражения. Жить стало значительно «веселее», но намного хуже. А в ЕС не только не принимают, но оказывается даже не обещали. Стратегический симулякр стал трещать по швам.

Сегодня у России нет выбора. Война идёт, и её надо выиграть, причём выиграть как можно скорее. Чем дольше мы возимся на Украине, тем больше смелеют наши соседи, тем острее у них желание вмешаться, тем охотнее они прислушиваются к понуканиям и обещаниям США. Более того, чем дольше мы будем возиться, тем хуже для нас будет ситуация на самой Украине...

Итак, Украина нужна России вся, целиком. В противном случае возможности очистить от бандеровцев Новороссию полностью, даже в границах восьми областей, уже были бы использованы. Украина не может войти в состав интеграционных евразийских проектов в качестве самостоятельного государства, поскольку этого государства нет, а на его восстановление необходимо потратить слишком много времени, сил и ресурсов. Значит, у неё остается единственный вариант — интегрироваться в евразийское пространство как часть России.

Сейчас «союзники» активно обвиняют Россию именно в том, что она их не хочет больше содержать, и грозят «примером потерянной Украины». Но Украину, как и других, потеряли задолго до снятия с содержания. Они были потеряны в момент распада СССР, когда их элиты сделали ставку на «самостоятельное доение собственной коровы»...

Идеологизированного человека трудно сломать, поскольку он считает, что ему открылся свет абсолютной истины. Но если слом удался, он легко, с рвением принимает противоположную идеологию и начинает нести её в массы с тем же неистовством, с которым нёс диаметрально противоположные идеи. Хотя, почему противоположные? В конечном счёте каждая идеология сводится к тому, что надо слушать «гениального» вождя, даже если сегодня он противоречит себе вчерашнему и тогда всем будет счастье?

Люди ведут в социальных сетях баталии не на жизнь, а на смерть, при этом каждый уверен, что именно его взгляд в будущее патриотичен и обязательно будет реализован российской властью. Боюсь, что очень многих ждёт разочарование, поскольку власть оперирует не желаниями, а возможностями и руководствуется в своих решениях не эмоциями, а прагматикой…

Под Луной ничто не ново. Всё, что происходит, обязательно когда-то уже было. Не в виде идеальной копии, тогда бы человечество не развивалось, а бежало по кругу, как персонажи «Дня сурка», но в качестве набора аналогичных событий и их эхо-вариантов 

Думаю, что позитивная сторона российской политики, которая позволяет ей выигрывать в критических и, казалось бы, безвыходных ситуациях, заключается в том, что, в отличие от США, Россия не назначает себе врагов. То есть она не плодит их лишних. Если они на нее напали, она защищаются, но она не выясняет, кто «империя зла», а кто «империя добра», где «государства изгои» и так далее. Россия готова сотрудничать со всеми на условиях взаимной выгоды и невмешательства во внутренние дела. Я думаю, что это ее сильная сторона. Может быть, даже самая сильная.

Любая операция предусматривает долю риска (иногда значительную). Без риска нет победы, не рискующий не пьет шампанское. Но риск и авантюра — разные вещи. На авантюру приходится идти, когда противник столь силен, что все другие сценарии предполагают проигрыш. Если же враг уже слабее, и вопрос победы является вопросом времени, а не принципа, возможность организации авантюр можно предоставить врагу

Когда миллионы «украинцев», живущих в России числят себя русскими и борются против украинской независимости, а миллионы русских, живущих на Украине, именуют себя «украинцами» и обустраивают «национальное украинское государство», поневоле впадёшь в состояние когнитивного диссонанса. В конце концов, Казахстан с Узбекистаном тоже имеют протяжённую границу и многовековой опыт нахождения в составе одних и тех же государственных образований. Но мне ни разу не приходилось слышать, чтобы переехавший в Казахстан узбек становился казахом, а переехавший в Узбекистан казах узбеком. И, кстати, живущие в этих государствах русские, будучи совершенно лояльными гражданами, не причисляют себя к узбекским или казахским националистам. Это просто невозможно 

США проиграли главное — они проиграли время. За эту победу платил своими жизнями Донбасс, за неё же заплатили на долгие годы оставшиеся под нацистской оккупацией русские на Украине…

Если высокое равно массовому и масса решает, что есть культура, то чем больше потребителей у конкретного предмета, тем он «культурнее». Следовательно, уровень культуры определяется уровнем продаж. Под них идёт реклама, а бюджеты выдаются под то, под что бюджеты уже выдавались…

До 7-го октября Вашингтон был уверен, что Россия не способна эффективно противостоять силовым действиям США без применения ядерного оружия. На этом, собственно, и базировалась американская наглость в международной политике. Американцы не скрывали, что используют силу, когда хотят, просто потому, что адекватно ответить им обычным оружием никто не в состоянии, а начинать ядерную войну Россия не будет ни из-за Ирака, ни из-за Сирии, ни даже из-за Украины. Они, как нахальный подросток, привыкший, что все в компании слабее его, спокойно нарывались на конфликт по принципу: "Дай сдачи, если сможешь", в полной уверенности, что никто не сможет. И вдруг выяснилось, что могут. Россия может.

И всё же дуракам везёт: в воде они не тонут, в огне не горят, а если и горят или тонут, то этого никто не замечает, так как имя им — легион и место выбывших тут же заполняют новые, такие же уверенные в собственной непогрешимости и так же готовые жечь, разрушать и вешать ради «светлого будущего всего человечества». Только вот без перебитых дураками созидателей ресурс быстро исчерпывается, сам же разрушитель созидателем никогда не станет…

Если легитимность политического класса (олигархат, политики и чиновничество), который и являет собой государство, не признаётся обществом, то нелегитимно и само государство. Атаман банды может править, опираясь лишь на право силы, президент или монарх не могут. Легитимность последних должна быть подтверждена не только электоральным или небесным мандатом, она должна постоянно подтверждаться готовностью граждан или подданных повиноваться. Если же государственная власть пытается сохраняться и самовоспроизводиться, опираясь лишь на юридическую букву ею же придуманных законов, либо на банальную силу (чаще на то и другое вместе), то дело заканчивается бунтом, революцией или дворцовым переворотом.